1. Значимое разнообразие, инклюзия

В работе с детской, семейной и подростковой аудиторией мы часто встречаемся с ситуациями, когда музею нужно сделать дополнительный шаг навстречу определенной группе посетителей, но также бывает важно уметь принимать индивидуальность и особенности волонтеров и собственных сотрудников. Каким бы ни был опыт человека или группы — связанным с возможностями здоровья, спецификой семьи, с травмой или  социальной обособленностью — важно, чтобы этот опыт не оказывался препятствием в коммуникации с музеем и был признан значимым.

Мы приглашаем музеи, проделавшие за последние годы определенный путь в сторону открытости и доступности, поделиться своими наработками с коллегами. Обсудить, чего не хватает каждому музею, чтобы стать инклюзивным, какие ресурсы потребуются, кто может стать партнером и оказать поддержку, какая мотивация приводит к действенным изменениям, какие новые возможности появляются у музея, если он открыт для всех. В этом блоке  также уместно говорить о дефицитах компетенций, языка общения, понимания как посетителей, так и не-посетителей музея.

Вот некоторые темы, которые могли бы подниматься в секции:

  • Чем социокультурная инклюзия отличается от интеграции? Каковы рамки социокультурной инклюзии?

  • Почему «инклюзия» — это не только про доступную среду? Как менять реальность внутри музея и вокруг него, чтобы равные права и возможности для каждого не оставались на словах, а воплощались в нашей повседневности?

  • С чего начать, чтобы сделать музей открытым? Как преодолевать социальные «разрывы» и учиться взаимодействовать с самыми разными людьми? Как понять и учитывать в работе потребности разных групп?

  • Как взаимодействовать с новыми аудиториями, почему привычные способы взаимодействия могут не работать и как учиться новым, чтобы двигаться к информационной доступности.

  • Примеры удачных партнерств. Как привлекать дополнительные ресурсы? Кто может стать нашими союзниками: НКО, учреждения социального обслуживания (например, центры социальной реабилитации инвалидов и психоневрологические интернаты, комплексные центры социального обслуживания и т.д.), бизнес, осуществляющий программы корпоративной соц. ответственности, и другие институции.

 

2. Музей как уникальный опыт

Формы коммуникации это не только форматы встреч с посетителями, не только тексты экспликаций и дизайн экспозиционного пространства. Понимание интересов и среды общения своей аудитории, способность чувствовать, что уместно и допустимо в том или ином контексте, осознание собственных полномочий и границ ответственности — та база, без которой диалог с посетителями, особенно юными, не может состояться.

В наполнении секции могли бы возникнуть такие темы:

  • «В музее не страшно» — рецепты гостеприимства, от кассы до экскурсий.

  • Суперсила и возможности музея: кредит доверия от взрослых. Чем разговор в музее отличается от разговора в любом другом месте? Как экспонаты помогают выстроить откровенный диалог с ребенком или инициировать разговор внутри семьи? Как экспозиция может говорить за нас?

  • «Не только истории» — ресурсы и каналы коммуникации в музейном пространстве: эксперименты, игры, движение, взаимодействие с пространством и проживание времени.

  • «Кто водит?» — формы равноправного общения. Как создавать безопасное пространство для диалога, учитывать возрастные особенности и психологию детского восприятия?

  • Динамика внимания. Как предложить «многоканальные» впечатления, но при этом помочь сосредоточиться на теме посещения?

  • Эмоциональная безопасность в группе: доверительные отношения и границы ответственности взрослых в музее.

 

3. Связь с глобальной повесткой

Этот блок предполагает обсуждение практических кейсов, направленных на то, чтобы «заземлить» глобальные вопросы человечества. Есть множество тем, объединяющих или, наоборот, разобщающих страны и народы: экология и изменение климата, преобразование общества в связи с развитием технологий, неравенство, войны, природные катастрофы… Обращаясь к любой из них, музей учится преломлять смыслы, меняя масштаб с глобального на региональный или локальный.

В рамках сессии уместно было бы обсудить такие вопросы:

  • Можно ли в рамках педагогической программы или с помощью экспозиционных решений создать ситуацию, в которой ребенок не только окажется осведомлен о существовании вопросов, актуальных для всего человечества, но и окажется способен на своем уровне принять часть ответственности за будущее?

  • Как сделать такой разговор вдохновляющим, а не травмирующим?

  • Чем такая включенность в мировую повестку может быть полезна музею?

  • Как влияет работа с такой повесткой на деятельность музея в целом — как может сказываться на планировании, принципах экономической деятельности, корпоративной культуре? Может ли музей стать примером в изменениях?

 

4. Музеи как новые медиа 

Мы выделили следующие потенциальные направления разговора о работе музеев в сфере медиа, и предлагаем вам интерпретировать и/или дополнить этот список: 

 

  • «Цифровое предложение» —  после пандемии многие музеи научились делать онлайн не только открытые, но и коммерческие программы. Как это осуществимо технически, какие маркетинговые стратегии тут работают? Какие программы становятся востребованными онлайн и почему?

  • Информационная навигация: как помочь посетителю сориентироваться в большом количестве онлайн-предложений?

  • Что делать с оцифрованной коллекцией детям? Примеры того, как на базе «электронных представительств» музейных коллекций создаются интересные продукты для детей.

  • Истории, приводящие в музей: регулярные публикации как средство поддерживать интерес к экспозиции и способ продолжать коммуникацию за пределами музея.

  • «Труднодоступные» аудитории: что рассказать и показать тем, кто физически не может прийти в музей. Информационное поле «непосетителя» —  как и зачем в него попадать.

  • Социальные сети — инструмент изучения аудитории и «проверки гипотез».

  • О музее — вместе с подписчиками: создание новых продуктов в сотрудничестве с аудиторией.

  • Цифровое партнерство - кто и зачем может помочь музею создать хороший цифровой продукт.

  • Визуальное присутствие онлайн (о том, как образы из коллекции могут получать свою интерпретацию и жизнь в сети, как музей может с этим корректно работать). Примечание: возможно, здесь удобнее был бы формат практикума, а не сессии с докладами.
    Средства «цифрового делегирования»: среды для сохранения воспоминаний и впечатлений  — что предложить посетителям.

  • «Зерна от плевел»: как музей может работать онлайн с темами достоверности. Если музеи с коллекциями воспринимаются как институт подлинности, то какова роль музеев в создании информационных пространств, которым можно доверять?

 

5. Интерпретации и смыслы

Интерпретация наследия — процесс, в который так или иначе вовлекаются самые разные музейные службы. Иногда образовательные отделы музеев воспринимают нарратив, выстроенный в экспозиции, как единственно возможный, или, наоборот, берутся за разговор, которого, казалось бы, не предполагает ни экспозиция, ни коллекция. Как и чем мы руководствуемся, выбирая темы для разговора? Не конфликтует ли свободная интерпретация с важным для музеев аспектом подлинности, верификации? Могут ли экспонаты помочь или помешать выстроить сюжет встречи? Предлагаем взглянуть на истории, которые рассказывает музей, с точки зрения личного интереса — сотрудников, тех, кто создавал коллекции, посетителей и «непосетителей». 

  • Основы образовательного маркетинга. Родители и дети — два разных «рынка». Выявление дефицитов формального и неформального образования и формирование предложения — для классов и для семей. Knowledge production — что это такое, какую роль в нем играют профессионалы и непрофессионалы?

  • Как, создавая программы, пользующиеся спросом, не потерять то, что важно сказать самим? Пространство личного высказывания: всегда ли педагог должен говорить от лица музея? Есть ли «личность» у самого музея?

  • Педагог как куратор — что приобретают музейные экспозиции и выставки, когда образовательный отдел включается на этапе проектирования.

  • Что дает коммуникация между академической наукой и практической работой с посетителями, и как ее наладить?

  • Как темы становятся трудными? Как влияет жизненный опыт (ребёнка, его семьи, музейного педагога) на разговор о теме и ее восприятие?

 

6. Дефициты профессионала, возможности сообщества

  • О дефиците полномочий: кто принимает решения?

  • Стратегии коммуникации между музейными службами: как подружиться с хранителями, экспозиционерами и пиарщиками.

  • Личное и публичное: как найти баланс между возможностями сотрудников и ожиданиями посетителей и руководства.

  • Как быть бережным к себе и окружающим. Принципы ненасильственного общения. Профилактика выгорания.

  • Нужны ли профессиональному сообществу инструменты лоббирования?

  • Какие дефициты может закрывать ассоциация музейных педагогов?

  • Чем мы можем помочь друг другу? Какими ресурсами мы готовы делиться?

 

© 2019 ЦСИ «Музейный опыт»
 

  • Facebook Социальной Иконка