Итоги проекта «Взаимообмен, диалог, поддержка, соавторство»

С марта 2025 по июнь 2026 года в Русском музее состоялся ряд инклюзивных лабораторий, стажировок и встреч, объединенных проектом "Взаимообмен, диалог, поддержка, соавторство". Целью проекта стал обмен опытом и создание условий для продолжительного диалога между музейными профессионалами из разных музеев, людьми с инвалидностью и специалистами из помогающих организаций, совместное исследование возможностей музеев для инклюзивных практик, формирование общего понятийного, ценностного и практического поля. 

Проект организован Инклюзивным отделом Русского музея в партнерстве с Центром социальных инноваций «Музейный опыт» при поддержке Благотворительного фонда «Свет».

В команду проекта вошли сотрудники отдела инклюзивных программ Русского музея, сотрудники центра «Музейный опыт» и приглашенные кураторы лабораторий. Проект возник на пересечении интересов двух коллективов, как поиск новых форм музейной работы. Это не первый опыт сотрудничества: в 2024 году в партнерстве с центром «Музейный опыт» Отдел инклюзивных программ ГРМ организовал первый, а в 2025 году – второй форумы «Инклюзия в художественном музее».

Важный принцип проекта – организуя лаборатории, в которых участвуют люди с инвалидностью, мы приглашаем экспертов с опытом инвалидности к проектированию или к реализации лабораторий. Елизавета Гаврикова, междисциплинарная художница, эксперт личного опыта инвалидности, специализирующаяся на вопросах доступности и инклюзивной этики, ставшая сокуратором двух лабораторий внутри проекта, делится соображением, почему музеям следует обращаться к таким исследовательским форматам:

 «Лабораторный формат даёт возможность музею стать площадкой для реализации своего социального потенциала, где мы вместе, во-первых, получаем тот самый инклюзивный опыт,  и, во-вторых, у нас встречаются представители разных сообществ друг с другом. Тем самым мы можем реализовывать практики, направленные на уменьшение дискриминации, стигматизации, ярлыков. Возможно, это такая очень невидимая часть работы, но она очень важна: мы работаем над достаточно сложными конструктами в обществе и стараемся их как-то пересобрать».

Замысел и реализация

Изначально в проекте планировались две больших лаборатории. Одна должна была исследовать тему поддержки, вторая – тему творческого проявления. При дальнейшей разработке и взаимодействии с представителями сообществ стало понятно, что группы, с которыми мы планируем работать, сформированы не только и не столько теми или иными нозологиями, но в большей степени - объединяющими их ситуациями и интересами, и что для разных групп целесообразнее организовать отдельные лаборатории или программы. Таким образом темы первоначальных лабораторий стали темами блоков, объединяющих несколько разных форматов.

Блок «Как поддержать друг друга?» объединил лабораторию «Встречное движение: как не исключать себя из круга поддержки» - для музейных профессионалов и сотрудников помогающих НКО, лабораторию «Практики взаимоподдержки» для людей с инвалидностью и без инвалидности, а также арт-терапевтические группы для родителей людей с инвалидностью. Отдельным этапом внутри блока «Как поддержать друг друга?» стал проектный блок, в котором было две разных группы – «Проектировщики» и «Авторы». 

Блок, исследующий тему проявления, разделился на две лаборатории: «Проявление: движение, звук, внимание» и «Проявление. Взгляд. Выражение. След». Обе лаборатории объединяли участников как с инвалидностью, так и без инвалидности, но первая была посвящена практикам работы с вниманием, телом и голосом, и ее итогом стал перформанс, а вторая – художников и арт-кураторов, и здесь итогом стали выставки в нескольких галереях и пространствах.

Ниже мы хотим поделиться выводами то итогам каждой из лабораторий, а также рассказать о специфике включенной стажировки - формате, который мы впервые опробовали в рамках проекта.

Блок "Как поддержать друг друга?"

Сквозными темами блока стали несколько вопросов: «Что такое поддержка и чем она отличается от опеки?», «Музей как место, обладающее ресурсом поддержки», «Ресурсы самопомощи и горизонтального взаимодействия».

Наталья Петухова, со-куратор двух лабораторий блока, рассказывает:

"Сообщества, с которыми мы работаем в инклюзивном проекте, располагают собственными ресурсами самопомощи и горизонтального взаимодействия. Приходя в музей, они могут не только получать какую-то поддержку, но и её оказывать музею, и оказывать друг другу взаимную поддержку взаимную. И это стало для нас почвой для размышлений.

Проанализировав точки пересечения интересов в теме поддержки у групп, с которыми мы хотели поработать, мы выбрали три направления. Одно - арт-терапия, где в формате закрытой психологической группы шла работа с родителями людей с инвалидностью. Второе направление - инклюзивный трек "Практики взаимоподдержки", где собрались участники с инвалидностью и без инвалидности. И третье направление - "Встречное движение", где встречались вместе представители музеев и некоммерческих организаций. Во всех этих форматах мы смотрели, чем мы можем поддерживать друг друга, как музей может становиться местом поддержки и какую поддержку, наоборот, люди могут оказать в музее".

О лаборатории "Встречное движение: как не исключать себя из круга поддержки?"

В названии есть основной вопрос этой лаборатории: участники, которые набраны были через опен колл, помогающие специалисты из некоммерческих организаций, волонтёры разных фондов и сотрудники музеев вместе исследовали, как можно поддержать друг друга, чем музеи и НКО могут быть полезны друг другу для развития инклюзии. Могут ли музеи быть местом поддержки и профилактики выгорания? Какие ресурсы есть в музее и как сотрудникам музеев, собственно, не исключать себя из круга поддержки?

Наша задача была каждую встречу попробовать какой-то формат, который мог бы стать точкой развития, поддержки и самостоятельного поиска в дальнейшем для участников лаборатории. Для этого мы приглашали проводить встречи разных специалистов, психологов, людей, которые занимаются голосовыми, театральными практиками для того, чтобы в разных форматах исследовать, что здесь может давать эффект. При этом мы понимали, что три месяца - это короткий срок, и мы не сможем оказать полноценную терапевтическую поддержку. Это не было нашей целью. Но мы дали возможность участникам попробовать разные подходы, чтобы каждый человек что-то мог для себя открыть.

Юлия Поцелуева, руководитель центра "Музейный опыт", сокуратор лаборатории: 

"В группе помогающих специалистов это были, в том числе диалоговые форматы, когда мы могли обсудить те проблемы, которые нас волнуют, с определённой модерацией, с рамкой конфиденциальности, безопасности, сформулировать, что и музейщиков, и НКО беспокоит.  Мне запал в душу один из выводов, что у музеев тоже есть проблемы, и что ценно, когда мы можем друг друга видеть не в формате конференций, где мы делимся успехами, а в формате такого живого общения. Мы предлагали необычные форматы, например, ретрит в Летнем саду, где была творческая практика, и каждый был наедине с собой, а потом группа собиралась вместе и получался какой-то общий текст. Или была встреча, где участники делились своими увлечениями, смотрели на то, кто мы ещё вне работы, и это сработало, как хорошая профилактика выгорания. Коллеги действительно принесли какие-то вещи, которые они делают, и показали на занятии друг другу маленькие воркшопы. Это помогает видеть друг в друге людей, а не только помогающих специалистов".

Выводы лаборатории: 

• Многие участницы лаборатории писали, что им очень не хватает таких встреч с единомышленниками. Музей как независимая площадка может предлагать такие встречи систематически. Быть местом, поддерживающим сообщество, формирующим его. Как говорили участницы лаборатории, это не работа и не дружеские встречи, это что-то иное, и такой принимающей среды не хватает в обычной жизни в работе сотрудников некоммерческой организации.

• Каждый из специалистов в секторе инклюзии обладает компетенциями, которыми может делиться с коллегами. Например, сотрудники некоммерческого сектора плотно работают с людьми с инвалидностью и в своей работе имеют определённый фокус, важные компетенции и опыт. Встреча с теми, кто работает с теми же людьми, но по-другому, помогают расширить личные компетенции, и в то же время выйти из какой-то привычной рутины.

• В музее можно выйти за пределы профессиональной роли, в которой часто оказываются люди помогающих профессий. Когда ты привыкаешь быть тем, кто оказывает поддержку, и забываешь, что ты сам человек, и можешь не только помогать, но и нуждаться в помощи. Такие выходы из рутины помогают профилактике выгорания. Опыт, когда помогающий специалист оказывается в роли клиента, человека, который получает помощь, имеет трансформирующий эффект. Но трансформирующий не всегда в позитивном или негативном смысле. Это может быть и опыт, который для человека совершенно непонятен. Одна участница в отзывах написала, что до сих пор пытается осознать, каково ей было в роли клиента. Это выход за пределы комфорта, привычного  опыта, привычной картины мира. Но при этом человек что-то от этого получает, и уже сам решает, что это ему дает.

• Креативные практики, которые предлагались на встречах в разных форматах, например, зарисовать свой опыт или написать какой-то текст, также работают на профилактику выгорания,  их ценность не стоит недооценивать.

Юлия Поцелуева:

 «Не только в этой лаборатории, но и когда мы, например, собирались на методические встречи, я как-то отдельно прочувствовала саму среду музея как поддерживающую. Для меня, наверное, если бы это происходило, допустим, в торговом комплексе, в театре или где-то ещё, это бы ощущалось иначе».

О лаборатории «Практики взаимоподдержки»

На встречах люди с инвалидностью и без инвалидности, заинтересованные в развитии инклюзии в музеях, собирались вместе. Программа была направлена на то, чтобы совместно исследовать, что может быть поддержкой и чем она отличается от опеки, как может осуществляться не только поддержка, но и взаимоподдержка между музеями и людьми с инвалидностью, и как носители опыта инвалидности могут участвовать в развитии музейной инклюзии. Большой упор делался на то, чтобы дать возможность людям, которые имеют опыт инвалидности, почувствовать свою экспертность в этой сфере и найти место для высказывания и самоадвокации.

В лаборатории использовались очень разные форматы, каждая встреча не была похожа на предыдущую.

Наталья Петухова, сокуратор лаборатории:

"Нам было важно, чтобы в этой лаборатории был сокуратор, который имеет экспертизу, связанную с личным опытом инвалидности. Поэтому мы пригласили Елизавету Гаврикову, которая сочетала в себе качества куратора и эксперта опыта. Программу мы разрабатывали втроем с Юлией Поцелуевой и Елизаветой. Здесь, как и во "Встречном движении", каждая встреча не была похожа на предыдущую. Было много разных двигательных, вокальных встреч. Мы постепенно усложняли программу, от получения поддержки двигались к исследованию самоадвокации и к тому, чтобы выяснить, как могут люди с инвалидностью сами быть теми, кто обогащает музей".

Елизавета Гаврикова:

"Поддержка и взаимоподдержка достаточно широкая тема, мы вшили в нее очень много важных направлений разговора. Мы много говорили про инклюзивную лексику, про репрезентацию своего опыта, репрезентацию инвалидности и про то, через какие практики мы можем помогать людям с инвалидностью быть видимыми в музеях, как мы можем взаимодействовать с музеем так, чтобы сами люди с инвалидностью могли влиять на его процессы. Все танцевальные, театральные и арт практики были направлены на то, чтобы люди нашли какое-то направление, через которое они могли бы вступать в этот диалог с музеем в дальнейшем. Нам также хотелось показать самому музею с помощью лаборатории, что музей может быть разнообразным и принимающим. Что музей сам может протягивать руку и предлагать соучастие и взаимные партнёрские отношения людям с инвалидностью".

Юлия Поцелуева:

"Во второй группе ярче всего мне запомнилось занятие про дистанцию и границы, которую вела театральный педагог Анна Бычкова. Приведу его одно как пример. Мы через реальное взаимодействие в пространстве исследовали, насколько каждому комфортно, когда кто-то близко подходит, как можно дать знать, что некомфортно, и как это может меняться в процессе.

Все занятия были очень разными. И иногда оказывалось, что какому-то участнику определенный формат не подходит совсем. Например, ему сейчас не хочется двигаться или звучать. А другому участнику кажется, что это оптимальный формат. И здесь, наверное, не может быть выводов с конкретными пошаговыми инструкциями: мы исследовали эти форматы и теперь можем вам рекомендовать, пожалуйста, делайте так, так и так. Скорее, можно сделать вывод про нашу индивидуальность.

Еще хочется сказать, для меня важным результатом оказалось, что диалог стал ценностью не только для нас, но и для самих участников”.

Выводы лаборатории:

• Музей нуждается в поддержке со стороны посетителей, сообществ, экспертов с разным опытом. Без этого музей не может развиваться. Например, если авторы инклюзивной программы сами не имеют опыта инвалидности, для которой программа предназначена, они не будут иметь представления, как воспринимается программа “по ту сторону”, как получатели этих услуг будут ею пользоваться. Участие эксперта с опытом инвалидности дает совершенно другой фокус зрения.

• Кажется очевидным, что среда должна меняться под потребности людей, а не человек с инвалидностью должен подстраиваться под условия среды. Но по-настоящему осознаешь смысл этой установки, только когда общаешься с реальными людьми с инвалидностью. Диалог - целительное средство, инструмент, который формирует позицию эксперта у человека, который обычно находится в ситуации получения опыта.

• Чтобы в музеях развивалась эта экспертность, люди с инвалидностью должны быть не только в позиции получателя какой-то услуги, но и теми, кто принимает решения, должны становиться кураторами или брать на себя какие-то организационные задачи наравне с другими организаторами.

• Ошибка может стать точкой ресурсов. Иногда для того, чтобы диалог и «передача ответственности» состоялись, нужно позволить себе не всё делать идеально, оставлять зазор для того, чтобы люди могли брать инициативу на себя, не соглашаться с тем, что происходит, и менять ситуацию.

• Создать идеальную инклюзивную среду для всех невозможно. Важно себе напоминать в инклюзивных процессах, что идеальных условий не бывает.

• Опыт участия в смешанной группе оказался трансформирующим и не только для участников без инвалидности, но и для людей с разными формами инвалидности, поскольку те, кто имеет какую-то определённую форму, чаще взаимодействуют с людьми, которые имеют такую же форму. Выход за пределы своей привычной группы общения тут был довольно уникальным. Это выход за пределы комфорта, но он дал очень сильный эффект, который отмечали в своих отзывах участники.

• Вопрос, которым организаторы лаборатории задавались изначально - чем поддержка отличается от опеки. С одной стороны, как заметил один из участников, поддержка это действие на равных, а опека - назойливая помощь, избыточная, она мешает. С другой, кто-то говорил, что опека нужна и иногда необходима в жизни. Но музеи сами по себе такие институции, где опека - не профиль музея. И перегиб в желании поддержать действительно может стать не тем, что помогает, а тем, что лишает человека субъектности. Это тоже тезисы, с которыми никто не спорит. Но на практике важно научиться спрашивать: нужна ли помощь, или человек хочет получить какой-то опыт самостоятельно.

• Помощь не всегда нужна и не для всех универсальна.

  
  

  О направлении "Арт-терапия: путь творчества"

  Направление было адресовано тем, в чьей семье есть люди с инвалидностью, и тем, кто вынужден выстраивать свою жизнь, ориентируясь на потребности своих близких. Чтобы помогать своему близкому развиваться, нужен внутренний ресурс, и он напрямую зависит от психологического состояния. При этом как правило у членов семей людей с инвалидностью остается меньше времени и внимания на заботу о себе.

  В рамках трека состоялись три цикла встреч: две арт-терапевтические группы "Конструирование будущего здесь и сейчас" в разные дни недели проводила психолог, арт-терапевт, методист отдела социокультурных коммуникаций Русского музея Ольга Платонова, и группу "Душевные силы" вели специальный психолог, специалист отдела социокультурных коммуникаций Русского музея Настасья Шахова и художник и арт-терапевт Мария Опоцкая.

Куратор направления арт-терапии Анастасия Шахова рассказывает: 

"Совместно с арт-терапевткой, художницей Марией Опоцкой мы вели проект Душевные силы для родителей детей с особенностями, с инвалидностями. А Ольга Всеволодовна Платонова уже много лет ведёт арт-терапевтические группы для родителей детей с особенностями развития и для усыновителей. Мы решили, что этот формат необходимо включить в нашу лабораторию поддержки, потому что хочется, чтобы таких групп было больше в музее. Основной темой исследований арт-терапевтических групп поддержки является то, насколько совместный творческий опыт с людьми с похожими жизненными обстоятельствами, опытом родительства детей с особенностями, может быть поддержкой, может быть способом вернуть себе ресурс, способом профилактики выгорания родительского. Мы много времени уделяли эмоциональному состоянию, осмыслению какого-то своего места в жизни, как распределяются вообще роли, как уделить себе внимание вне роли родителя".

Выводы по итогам проведенных встреч:

• Все участницы групп говорили о некоторой форме социальной изоляции, начавшейся после появления ребенка с особенностями или с инвалидностью. Привычка к социальной изоляции укореняется. Важно обратить внимание, что эта ситуация изоляции - общая для всех участниц, то, что их объединяет.

• Благодаря найденной общности эмоциональное напряжение очень снижается, и появляется возможность просить о помощи и возможность как-то валидировать себя в сложных чувствах, связанных с родительством. 

• Арт-терапевтические группы для родителей детей с инвалидностью важно проводить с участием профессионального психолога, потому что возможны сложные ситуации, связанные с чувствами, которые сложно проживать.

• Только закрытая группа формирует доверие.

• Небольшой состав группы позволяет уделить достаточно внимания каждому.

• Возможность пообщаться до и после занятия, вместе пить чай или идти из музея к метро и о чем-то разговаривать по пути имело для участниц не меньшее значение, чем само содержание встречи.

• В ходе встреч стало понятно, что больший запрос у участниц не на какой-то содержательный результат, а на сам процесс творчества, процесс созерцания, процесс общения.

Цитаты из анонимных анкет обратной связи:

“Я лучше отношусь к себе и понимаю, как важна забота о себе. Раньше я понимала это умом, а после групп я почувствовала, что я есть тоже и мои потребности. Я стала лучше понимать себя”.

“Полезным оказалось то, что пришло понимание, что ты не один, что проблемы, которые кажутся огромными и непреодолимыми, в результате могут легко решаться, и ты не один такой. Пришло понимание ценности себя".

О проектном блоке в рамках лабораторий "Как поддержать друг друга?"

Изначально проектный блок задумывался, как финальная стадия лабораторий , в которой те участники направлений "Встречное движение" и "Практики взаимоподдержки", кто в этом заинтересован, смогли бы перейти от исследований к разработке собственных проектов. По не зависящим от команды проекта обстоятельствам нам пришлось сдвинуть сроки проведения лабораторий. Исследовательская часть проходила с конца марта по конец июня, и блок проектирования перенесся на октябрь 2025. Это привело к изменениям в самой концепции блока: вместо работы одной группы появились две короткие программы дя двух разных групп, "Проектировщики" и "Авторы", итогом работы которых стала общая встреча "Фестиваль идей".

Комментирует Юлия Поцелуева, сокуратор проектного блока:

"Мы с сокуратором блока Мариной Абаджевой понимали, что у части людей уже изменятся за это время какие-то жизненные обстоятельства, изменятся планы. Поэтому мы сразу объявляли опен колл и для тех, кто участвовал в лабораториях, и для новых людей, которые не встречались с нами весной. И мы поняли, что, даже внутри двух групп, "Встречное движение" и "Практики взаимоподдержки" есть разные потребности: потребность в таком классическом проектировании, как разрабатывать проекты, как их подавать на гранты, как искать финансирование, как от идеи доводить проект до того, чтобы он мог быть презентован. И есть потребность в каких-то творческих практиках. Это тоже проектирование, но через другие механики. Это не всегда связано с тем, что у человека есть опыт инвалидности или ментальные особенности, или нет. Поэтому мы разбили блок на два цикла встреч, для групп "Проектировщики" и "Авторы". И там, и там участвовали люди с инвалидностью и без инвалидности. Но в "Проектировщики" шли в первую очередь те, кто сам работает либо в некоммерческой организации, либо является инициатором проектов, те, кому интересен именно опыт проектирования. А в группу "Авторы" шли те, кому интересны творческие методики, реализовать какую-то свою творческую задумку.

Получилось, что для каждой группы мы можем провести по четыре встречи. Нам пришлось поэтому пересмотреть немножко формат и включить такие механики, которые позволяли здесь и сейчас, на месте придумать идею, предложить какую-то мысль в формате брейншторма, не требующего больших обязательств. Но с тем, что мы все вместе можем взять эту идею и "докрутить", додумать.

И это действительно сработало. Финальная встреча, всего пятая за месяц, она стала действительно фестивалем идей, где объединились эти две группы. "Проектировщики" в формате презентаций представили то, что у них получилось, а "Авторы" использовали для предъявления своих идей более творческие, перформативные форматы".

Выводы по итогам проектного блока:

• Проектные лаборатории целесообразно делать более продолжительными, желательно - два-три месяца. Особенно если это работа с творческими идеями и если участники не имели раньше опыта самостоятельной работы с собственными творческими идеями.

• Для многих участников ценным стал опыт работы в группе со своей идеей, возможность обсудить ее и получить поддержку от других участников.

• Встречи организовывались как ситуации равного диалога. Те, кто пришёл из позиции “помогающих”, поменяли свой фокус в процессе коммуникации. 

• Мы работаем не с особенностями, мы работаем с людьми. Участники с одинаковыми особенностями здоровья проявляют себя по-разному, в зависимости от возраста и жизненного опыта. При взаимодействии необходимо учитывать не только ограничения, связанные со здоровьем, но и прежде всего особенности личности. Впрочем, как в любом рабочем и творческом процессе.

Елена, участница лаборатории «Встречное движение» и группы «Проектировщики»: 

"Я впервые столкнулась с очень живым, неформальным общением и с очень настоящим желанием говорить о людях, про людей, помогать этим людям, причём тем, кто помогает сам, в том числе тем, кто работает в музее. Было ощущение абсолютной настоящести происходящего. Люди, которые всё это придумали, мне кажется, им удалось предложить и предоставить участникам очень надёжную опору. И благодаря этой опоре участникам удавалось раскрываться, говорить о каких-то своих болевых точках".

О блоке «Проявление»

Этот блок был изначально задуман как некая арт-резиденция, творческая платформа, в которой музей может стать местом проявления людей. Наталья Петухова: "Мы хотели дать возможность вместе исследовать, что такое уязвимые группы и есть ли вообще такое понятие, как-то его пересмотреть, понять,  где можно проявить свою хрупкость и в этом обрести какую-то силу, язык в искусстве, дать возможности для того, чтобы выстроить площадку для равного разговора".

Благодаря опыту первого блока, эта лаборатория также разделилась на две: "Проявления: движение, звук, внимание" и "Проявление. Взгляд. Выражение. След".

Результатом первой лаборатории стал перформанс. Вторая лаборатория была посвящена выставочным практикам.

О лаборатории "Проявления: движение, звук, внимание"

Кураторами лаборатории были театральный продюсер, куратор и менеджер социокультурных проектов Юлия Поцелуева, актриса, ведущая "Агенства особых новостей" и инклюзивных мероприятий Ольга Левенец, хореограф, педагог современного танца и сотрудница инклюзивного отдела ГРМ Евгения Любашина и режиссер, актриса, певица и педагог актерского вокала Елена Романова.

Участники занимались дыхательными и голосовыми практиками, были актёрские тренинги. Лаборатория началась с того, что участники обсудили, что такое перформанс, потому что само слово не всем тоже знакомо и понятно. 

Евгения Любашина:

"Мы исследовали движение, в основном через простые интересные практики. Занятия проходили в здании Кордегардии Михайловского замка, где множество интересных и красивых линий, и мы находили в своём теле движения, линии, круги, эмоции, откликающиеся этим пространствам. То есть не было какой-то заученной хореографии, не было текста хореографического, работали именно опыт тела и то, насколько человек сегодня готов двигаться. Все практики были в разных пространствах, с разными механиками. В итоге, когда мы вышли на сам перформанс, у нас не стояла задача, что мы будем нон-стоп только танцевать. Движение было по желанию. Здесь и сейчас - основные правила перформанса".

Юлия Поцелуева:

"Кроме движения, мы исследовали звуковые практики с Леной Романовой и с Ольгой Левенец - тренинги на внимание. Использовали и само пространство павильона Михайловского замка на Инженерной, 10, оно очень неочевидное. С одной стороны, это музейное пространство детского центра, но с другой стороны, посетители не всегда воспринимают его как пространство Русского музея. И нашей задачей было это неочевидное сначала самим изучить. Мы изучали его не только с помощью движения и звука, но и, например, тактильно, там есть такая возможность. Это особенно важно для людей с инвалидностью одновременно и по слуху и зрению.

С другой стороны, была возможность исследовать, каккаждому из нас в этом пространстве, где хочется звучать, где хочется двигаться, а как мы можем это делать.

У нас не было задачи, чтобы каждый подготовил свои индивидуальные перформансы. Это слишком сложно было бы для людей, часть из которых вообще впервые узнали, что такое перформанс, а часть давно этим занимается.

Участники сами выбирали, в какой практике, в каком пространстве они хотят действовать. Плюс у зрителей тоже была возможность присоединиться и часть наших процессов прожить вместе с нами, вместе с нами позвучать и подвигаться".

Выводы по итогам лаборатории:

• Важно быть готовыми адаптировать программы по под потребности группы. Также важна  вариативность выполнения предлагаемых заданий, любое задание, которое кажется нам простым, например, пожать руку, чтобы передать ритм, может для кого-то быть невыполнимым, сложным или неприятным.

• Нужна возможность свободного входа и выхода. Мы проговаривали правила группы, в том числе - что можно, выйти, выдохнуть, если, допустим, у человека сенсорная перегрузка, и вернуться в группу. У нас был знак “стоп”, человек мог посигналить, что его не надо тревожить, если ему важно было побыть самому с собой. И мог дать знать, нужна или, наоборот, не нужна поддержка.

• Чёткая рамка общего дела даёт возможность по-разному себя проявлять. Если человеку просто дают "белый лист" и говорят: "Твори!", это может быть очень страшно. А если есть понятное задание, но при этом можно звучать громко, звучать тихо, выбрать, каким способом звучать, или решить, что сейчас не хочется звучать или двигаться, то в этом проще проявить себя.

Ольга Левенец:

"Для меня самым важным  в этой лаборатории было то, что проявлялись все участники. В меру своих возможностей, своего желания, но все. Для меня, как для человека с инвалидностью, возможность быть полноценным участником это очень важно. Я нередко наблюдаю ситуации, когда есть опека, но нет включения, есть помощь, но нет призыва именно к действию какому-то, к подключению. И получается, что часть группы существует, работает, а часть группы где-то на обочине. В этой лаборатории были практические моменты, которые которые позволили включить всех. И я очень благодарна этому опыту, потому что теперь я наконец вижу, как это возможно. Наш итоговый перформанс как раз показал, насколько раскрылись все участники.

Лично мне всё время хотелось все делать как-то глубже и серьёзней, но меня коллеги удерживали, и именно этот неспешный, комфортный и безопасный процесс позволил людям раскрыться".

О лаборатории "Проявление. Взгляд. Выражение. След"

В лаборатории исследовали, как с помощью искусства можно говорить о своём опыте уязвимости. Опыт уязвимости универсален, не имеет значения, есть ли у человека инвалидность или нет, в каком-то видеэтот опыт есть у каждого. Мы задавались вопросами, как может происходить процесс самоадвокации средствами искусства? Как о своих работах заявлять публично?

Кураторы лаборатории: Наталья Петухова, искусствовед, куратор выставок, сотрудница отдела инклюзивных программ Русского музея, Елизавета Гаврикова, междисциплинарная художница, эксперт личного опыта инвалидности, Настасья Шахова, специальный психолог, арт-терапевтка, сотрудница отдела инклюзивных программ Русского музея.

Наталья Петухова:

"Мы приглашали в лабораторию тех, кто заинтересован не в обучении рисованию, а в том, чтобы исследовать способы выставочного проявления, профессионализации через какую-то коммуникацию с музеями и галереями.

Встречи проходили в павильоне Михайловского замка, где обычно проводятся занятия для детей и разные образовательные встречи. Там проходят и выставки, но в рамках лаборатории у нас появилась возможность полнее исследовать выставочные возможности этого пространства. 

Мы взяли тех, кто, как нам показалось, максимально готов работать вместе, потому что лаборатория всё-таки предполагает диалог и некую коммуникацию. Оказалось, что люди пришли с очень разными ожиданиями, что кто-то предполагал, что мы будем учить тому, как смешивать краски, как пользоваться холодными и тёплыми тонами, или мы будем лекции про Айвазовского и Брюлова читать, или какую-то делать открытую мастерскую.

Для нас, сокураторов, это тоже был эксперимент. Мы позвали к нам вести встречи художниц и кураторок, которые имеют уже большой выставочный и художественный опыт. То есть мы решили немножко изменить схему, которая была в первой лаборатории, где мы каждую встречу звали нового ведущего, либо сами вели какие-то блоки, и каждая встреча была как отдельное мероприятие. Здесь хотелось ках каких-то сквозных ведущих, поэтому, мы пригласили трех наставниц: Веру Светлову, художника и куратора галереи "Подпространство", Анастасию Пацей, куратора и директора арт-центра на Пушкинской, 10 и Марину Абаджеву, куратора галереи "Гараж", художницу, тифлокомментатора. И они уже вели свои группы, которые состояли из людей с разным опытом.

В лаборатории участвовали люди с инвалидностью и без инвалидности. Группа действительно была очень инклюзивная и очень интересная: люди с художественным бэкграундом, уже с выставочным опытом и люди, которые совсем первый раз, себя осознали как художники, кому хотелось попробовать себя в каком-то выставочном формате. И поэтому изначально была сложная задача, как можно таких разных людей, художников и кураторов, объединить.

Каждая встреча была направлена на то, чтобы сблизить людей, начиная с каких-то игровых форматов в начале, когда ещё идёт только-только такое робкое знакомство, через презентацию искусства художников, до работы в мини-группах. 

Через три месяца встреч в составе большой группы этот этап закончился выставкой в пространстве Кордегардии музея.

Затем была работа в небольших группах с ведущими, результатом которой стала целая плеяда выставок: две коллективные выставки, "Опыты с уязвимостью" в галерее "Рабочий стол" на Пушкинской, 10 и «Поцелуй дом на прощание» в галерее "Подпространство". И три  персональных выставки: Риты Лебедевой, Насти Малеевой, Александра Нехорошева в галерее "Гараж"".

Выводы по итогам лаборатории:

• Процесс презентации себя это довольно фрустрирующий процесс, и люди из так называемых узвимых групп в процессе групповой работы лаборатории эмоционально оказались наиболее подготовленными.

• Когда мы говорим про уязвимость, мы обнаруживаем свою силу. Многие участники говорили о том, что в своих произведениях, когда они выражали эту уязвимость, они приходили к выводу, что в уязвимости есть огромный потенциал. И это тема, которая объединяет и делает равными.

•  Музей может стать площадкой для проявления людей с разным опытом. Это обогащает опыт посетителя, делает музей более живым и современным. 

•  Основа всего происходящего - неформальное общение. И участникам всегда хотелось, чтобы его было еще больше.

• Участникам было важно взаимодействия с людьми, которые интересуются искусством и которые хотят поделиться друг с другом своим творчеством. Этот интерес мотивировал людей возить свои тяжёлые картины через весь город и готовиться к выступлениям.  Не обязательно делать большие выставки с толпой посетителей, встречи с единомышленниками формируют самоорганизованные сообщества, и для кого-то становятся отправной точкой, которая в дальнейшем может выстраивать карьеру художника.

• Значимый эффект был не только от проявления каждого в отдельности, но и в проявлении группы.

Елизавета Гаврикова:

"Очень здорово, что все в какой-то своей мере и возможности смогли взять на себя ответственность, войти в эту активность самостоятельно и создать свои высказывания в области современного искусства. Кто-то сделал такой шаг впервые, для кого-то это была первая персональная выставка, для кого-то это был первый опыт участия в групповой выставке. Как договориться, как скоммуницировать, как утвердить тему выставки, экспликацию подготовить - все эти непростые задачи, которые ведут в итоге к цели, к тому, чтобы открыть публичную выставку".

Проект – стажировочная площадка

Проект предполагал не только совместное исследование возможностей музейного пространства, но и стал стажировочной площадкой для музейных профессионалов, заинтересованных в инклюзии. Помимо участия непосредственно в лабораториях, для них были также предложены два формата стажировок: включенные стажировки в команде проекта в рамках отдельных лабораторий и очная двухдневная стажировка, посвященная организации инклюзивных лабораторий в музее. 

Формат выездной стажировки с тематическими воркшопами хорошо знаком и понятен большинству музейных профессионалов – это возможность узнать больше об интересующих практиках, получить новые знания, обменяться опытом и поработать в группах над конкретными идеями. Стажировка состоялась в апреле 2026, что дало нам возможность подвести итоги всех четырех проведенных лабораторий и поделиться с коллегами полученным опытом. На слайде ниже - те слова, которыми участницы стажировки описывали свои впечатления в анкетах обратной связи.

О включенной стажировке в команде проекта

Включенная стажировка в команде проекта это инновационный формат, который стоит описать подробнее. Она предполагает, что стажер проходит с командой весь путь от момента начала лаборатории, участвует в методических совещаниях, взаимодействует с участниками, участвует в финальной рефлексии. В ходе проекта наши собственные представления о полномочиях и ролях «включенных» стажеров корректировались. 

Юлия Поцелуева:

«В первой лаборатории, помимо стажёров, на месте во время встреч помогали волонтеры – они помогали встречать, провожать участников, накрыть чаепитие, помогали с навигацией, с другими запросами от конкретных участников. Стажеры брали на себя более методические роли и документировали процесс – вели дневники встреч, фотографировали, снимали видео, брали небольшие интервью. При этом и стажеры, и волонтеры оказывались за кругом процесса общения и исследования в группе. И после первой лаборатории мы получили от нескольких участников обратную связь, что это некомфортный процесс, когда есть кто-то, кто вне процесса, что для кого-то из участников это было ощущение такого аквариума, что есть наблюдатели. Поэтому в следующих лабораториях, по крайней мере, где я участвовала, мы договорились, что «внешних» людей у нас нет. Все участвуют вместе в кругу. Мы отказались от помощи волонтеров, которые приходили не регулярно и не включались содержательно. Стажёры стали брать на себя и задачи, связанные с оргмоментами, мы их просто перераспределяли между собой.

У стажёра нет такой же ответственности, как у куратора, но он наблюдает эту ответственность и может в той мере, которой он готов, какие-то кусочки её брать на себя. Например, кто-то приходил уже с опытом, а, допустим, с опытом взаимодействия с людьми в ПНИ. И помогал нам, делая что-то близкое к тьюторской роли. Или у нас были участники с одновременной инвалидностью по слуху и зрению, и нужно было транслировать в слуховой аппарат человеку, что говорит ведущий. Но помимо этой роли помощника у стажеров была возможность рефлексии и участия в методическом процессе».

Анна Кустова, стажер в лаборатории “Практики взаимоподдержки”:

“Самое важное для меня из того, что случилось в лаборатории, несмотря на то, что я была в роли стажёра, а не участника, это какой-то очень важный человеческий разговор на равных. До этого у меня как-то получалось, общение с позиции “сотрудник музея и посетитель”, то есть из определённых ролей. А тут, с одной стороны, люди все были объединены общей задачей, общей, важной для всех темой, но при этом общались просто по-человечески, могли честно, искренне, открыто рассказывать о том, что для них важно, например, как можно, как нельзя о них говорить, что они любят, чем они занимаются, и просто могли побыть в безопасном пространстве, комфортном, где каждый может высказаться. Это само по себе было очень важно и очень поддерживающе. И у меня сложились много тёплых разговоров, которые я вспоминаю как ценный, в том числе, жизненный опыт.

Еще это был первый проект, где я видела трёх сокураторов, которые вместе модерируют процесс. И это был очень полезный опыт м смотреть, как делят ответственность кураторы между собой, как договариваются, на что обращают внимание. 

Также в свою копилочку опыта я забираю, мысль о том, что, когда сталкиваешься с человеком, с которым не очень понимаешь, как можно взаимодействовать, как можно общаться, нужно напомнить себе, что в первую очередь это человек. У нас всех есть мысли, чувства и разные способы коммуникации с этим миром. И самое лучшее, что ты можешь сделать для комфортной коммуникации с человеком, это прямо сказать, что я не знаю, как поступить, например, “я бы хотела с тобой поздороваться, как лучше это сделать?”. И уметь спрашивать, уметь говорить про себя и уметь слушать, что говорят тебе. Это залог продуктивного общения, а с кем бы то ни было. Было очень приятно находиться в обществе, в котором все на это продуктивное общение настроено".

Проект в цифрах. События

• 4 лаборатории

• 2 проектных блока 

• 3 курса арт-терапевтических групп

• 5 выставок 

• 1 перформанс

Проект в цифрах. Люди

• 85 участников лабораторий

• 18 участников очной стажировки 

• 18 человек прошли включенные стажировки в команде 

• 10 волонтёров

• 15 экспертов

• 15 ведущих лаборатории

• 8 кураторов, из них 2 куратора с инвалидностью

• Порядка 300 зрителей перформанса и выставок

• Более 60 участников методических вебинаров